Сибирская православная газета
  • О. Алексий Сидоренко
  • Бакулин М.Ю.
  • Богомяков В.Г.
  • Дурыгин Д.Н.
  • Тихонов В.Е.
  • Главная страницаДокументыЗакон БожийЗдоровьеИконы ИсторияКультураЛитератураМиссионерствоМолитвыХрамы Святые угодникиРецепты АвторыПраздники и посты Проблемы насущныеОбразование Разное  Карта сайта
  • 20 век: нищета идеологий
  • Астрология
  • Долой редукционизм
  • Живые и мертвые слова о бытии
  • Как я бросил курить
  • Крещение в Тобольске
  • Кров и кровь
  • О ханжестве
  • О любви
  • О наркомании
  • О пользе катихизисов
  • О православной империи
  • О православной философии
  • О стереотипах
  • Об исцелении
  • Отношения государства и Церкви
  • Пихтовое масло
  • О православном преподовании политологии
  • Про авангард
  • Диалог про вино
  • Молитвы об исцелении алкоголиков
  • Про Глеба Якунина
  • Про свободу
  • Прогулки по Лондону и Парижу
  • Рецепты
  • Скрытое и сокровенное
  • Смотря православное видео
  • Проблема отношения к сокровенному в человеческой культуре
  • Про сокровенное
  • Технология лжи
  • Харе Кришна, общество русской культуры
  • О религиозном ханжестве.

         Каждый человек приходит по-разному к Церкви Христовой, к тому моменту в своей жизни, когда он почувствует в себе самом жизнь Церковную, почувствует, что он - ветвь великого, присно цветущего и присно юнейшего древа Церкви. Однако, приход в Церковь - это не завершение пути человека, а лишь его действительное начало. Православное богословие показывает нам Церковь как "единую природу в Ипостаси Христа и множество ипостасей в благодати Святого Духа", что есть указание на одновременно органический и личностный характер бытийствования Церкви. Поэтому, вступая в Церковь, мы должны быть готовы к тяжелой непрестанной совместной работе и соборному творчеству, которое немыслимо без духовного роста каждой личности, без воспитания и возделывания в себе каждым христианских добродетелей, стремление к соответствию личного бытия идеальным целям предназначения человека.
         Одна из многих опасностей, подстерегающих нас на этом пути, - это опасность религиозного ханжества, которое представляет из себя своеобразную разновидность гордыни. Филологические словари не дают достаточно ясного объяснения того, что же такое "ханжество". Так "Этимологический словарь русского языка" Макса Фасмера в 4-х томах указывает лишь на происхождение данного слова от арабского "хаджж", то есть мусульманское паломничество в Мекку. В.И.Даль в "Толковом словаре живого великорусского языка" раскрывает значение этого слова как "пустосвят, притворно набожный, вообще лицемер, двуличный". Сходное толкование ханжеству дает и "Толковый словарь русского языка" С.И.Ожегова и Н.Ю.Шведовой, где говорится, что это - лицемерие, прикрывающееся показной набожностью. Эти объяснения не кажутся достаточными. Ведь всегда, во все времена противники Церкви называли христиан, людей церковных "святошами" и упрекали их в ханжестве. Грешный человек везде видит грех. Вор оправдывает себя тем, что "у нас все воруют". Блудодей на полном серьезе убежден, что всеми человеческими помыслами и делами движет похоть.
    И, если я, Петр Петрович, в Бога не верую и в храм не хожу, то и другие, конечно, не веруют, а лишь притворяются, лицемерят, ханжат. А если вдруг сталкивается означенный Петр Петрович ч с тем, ч о в корне противоположно его тусклому греховному мирку, например, с мученической смертью за веру, с жертвенным церковным служением, то сразу же называет это фанатизмом. И в Церкви для него нет ничего кроме ханжества и фанатизма.
         Учитывая сказанное, попытаемся очертить тип религиозного ханжи более подробно с тем, чтобы в нашем самоопределении в материально-духовном мире стараться распознать в себе семена ханжеской беспечности и безответственности, порабощающих, опустошающих, томящих и, в конечном счете, разрушающих личность.
         Как уже было сказано, ханжество есть разновидность гордыни, лицемерно скрытой под маской набожности и церковности, которые в этом случае выступают именно как маска, то есть как нечто внешнее, не имеющее глубокой укорененности в нашей душе. Ханжа чувствует свое превосходство над другими людьми в силу своей церковности и якобы особой благочестивости. Иисус Христос говорит "пусть левая рука твоя не знает, что делает правая" (Мф.6:3). Ханжа же, напротив, тычет всем в глаза свою внешнюю благочестивость и набожность: вот я какой! Но Церковь не кружок избранных, упивающихся своей праведностью. Она не от мира, но в мире и для мира, для того, чтобы мир исторгнут был из тьмы заблуждений и зла. "Ибо Я пришел призвать не праведников, но грешников к покаянию" (Мф.9:3). То, что ты член Церкви Христовой не возвышает тебя над другими, а напротив налагает на тебя огромную ответственность перед ними. Остерегайся же высокомерных поучений, чванливых назиданий и демонстрации своей показной святости, прежде всего, чтобы не скомпрометировать в своем лице образ Церкви и отпугнуть от нее ищущие Правды и Света души. Ибо, если это, не дай Бог, произойдет, - может ли быть поступка злее и нечестивее?
         Но ханжа, погруженный в сладость поучений и назиданий, движимый жаждой постоянного прозелитизма, редко об этом задумывается. Скоро он начинает говорить и делать так, как будто он сам по себе и есть Церковь Христова. Его младостарчество всегда отличается иудейским законничеством и полным отсутствием любви к "простому человеку", полным непониманием повседневных его забот и печалей. Но, если ты и в самом деле свят, то ведь не родился же ты с нимбом над головой. Наверное, и грешил, как все, лгал, клеветал, рассказывал детям в школе, что они произошли от обезьяны, возглавлял парткомы и боролся с "религиозными пережитками". Ведь сам соблюдаешь посты без году неделю, а уже сурово судишь других за недостаточную строгость соблюдения поста. Сам изменял жене направо и налево, потом вовсе с ней развелся, а теперь с недосягаемой высоты обличаешь блуд. Давно ли сам стал молиться и креститься, но не упустишь случая ткнуть пальчиком, показывая, где у кого "не по-церковному". Мало ли в жизни пьянствовал, курил, играл в карты и матерился, чтобы теперь изобличать всюду "сатанизм"! Ведь настоящие праведники всегда считали себя самыми грешными и недостойными из всех людей.
         На лице ханжи как бы начертано: "Я уже спасен! Я одною ногой уже в Царстве Божием!" А если уже спасен, так зачем трудиться над своим разумом и своей душой, зачем изучать Библию, святых отцов, богословов? На все у него приготовлено несколько простых как мычание аргументов по принципу "один старец сказал". И уж вовсе не к чему ханже долго и тяжело готовиться к выступлению перед аудиторией: думает, приду, открою рот, Дух Святой снизойдет на меня, и изреку тотчас нечто "церковное". И при мысли об этом душа наполняется сладенькой сиропностью, которую после непродолжительной тренировки можно вполне принять за духовность.